Главная

Официальная

Содержание

Об авторах

Контакты

Ссылки

ТЕХНОСФЕРА И ТЕХНОГЕНЕЗ

БИОТЕХНОЛОГИЯ И ПРОБЛЕМЫ ЭВОЛЮЦИИ

  С. В. Светлов  

Решение многих проблем, с которыми сталкивается наука, находится далеко за пределами, как современного знания, так и того знания, которым будет располагать человечество в ближайшем будущем. Тем не менее, проблемы эти следует обсуждать уже сегодня, не оставляя их тем далёким потомкам, которые наверняка смогут подойти к их решению со значительно большим багажом знаний. Связано это с тем, что именно сегодня перед человечеством стоит целый ряд сложнейших проблем, вызванных переломом в его развитии, от успешного решения которых зависит не только дальнейший научно-технологический прогресс, но и само выживание человечества.

Перелом в развитии человечества вызван, прежде всего, тем, что его технологические возможности и масштабы хозяйственной деятельности стали сопоставимы с глобальными процессами, происходящими в биосфере, а это означает, что при совершении ошибок в своих действиях человечество легко может нарушить сложившийся за многие миллионы лет глобальный гомеостаз, вызвать такое развитие событий, которое приведёт к глобальной биологической катастрофе, по своим последствиям сопоставимой даже с крупными космогенными катастрофами. Исходом такого развития событий может стать гибель всего человечества или даже полное уничтожение всей жизни на Земле, сколь невероятно это не представлялось бы сегодня. Реальным основанием для утверждения потенциальной возможности такого исхода является тот факт, что сам климат на Земле теснейшим образом связан как с функционированием биосферы, так и с техногенной деятельностью человека, и вызванные человеком изменения в биосфере, а также сама технологическая активность человечества, могут спровоцировать столь масштабные и трагичные по своему исходу климатические изменения, что в настоящее время их сложно даже представить. К сожалению, современная наука ещё не может предоставить абсолютно надёжные математические модели, позволяющие рассчитать глобальные изменения климата при тех или иных изменениях в биосфере, а также при тех или иных действиях самого человека.

Отсутствие таких моделей отнюдь не является результатом несовершенства математических методов (хотя и в их развитии необходим дальнейший прогресс), отсутствие таких моделей является прямым следствием непонимания всего многообразия природных процессов, происходящих на Земле, и в этом плане человечеству необходимо приложить ещё очень много усилий для того, чтобы хотя бы представлять устройство того дома, в котором оно живёт. К сожалению, свои лучшие силы человечество продолжает тратить на совершенствование уже разработанного им оружия и разработку всё новых видов вооружений, в которых задействуются самые передовые достижения научно-технической мысли. Новые виды вооружений по своим характеристикам являются бесспорным лидером в мире техники, а финансовые и материальные ресурсы, выделяемые на научные работы в этом направлении, намного превосходят расходы на мирную науку.

Практически всем существенным достижениям человечества в науке находится военное применение, и именно в этом направлении научные исследования осуществляются наиболее интенсивно, хотя, разумеется, причиной этому является не собственно наука как таковая, а то общество, в котором эта наука развивается. Военный заказ был и остаётся бесспорным приоритетом над большинством остальных социальных заказов, адресуемых науке, и наука в этом плане является лишь отражением существующих в обществе приоритетов. Даже самые острые социально-экономические проблемы, даже непосредственная угроза глобального экологического кризиса не могут изменить сложившийся за долгое время менталитет человечества, готового бросить лучшие свои силы на достижение военных преимуществ одних стран над другими, а не на выяснение тех природных законов, по которым живёт его родная планета и всё живое, обитающее на ней, включая также и самого Homo sapiens.

Новейшие исследования в биологии уже не позволяют говорить о той непреодолимой пропасти, которая, как думали ещё в недавнем прошлом, разделяет человека и весь живой мир. Как оказалось, сам человек не только состоит из тех же самых веществ, что и другие биологические организмы, его организм не только функционирует по тем же самым законам, но даже генетическая информация, содержащаяся в геноме человека, лишь в очень небольшой мере отличается от генетической информации, содержащейся в других животных, прежде всего близких к нему филогенетически. Более того, мышление человека — именно та его особенность, которая и выделяет его из всего остального живого мира — очень близко к «мышлению» высших животных, и в этом отношении человек также утрачивает свою исключительность, о нём становится позволительно говорить даже как об «очень умном животном», отделённом от других животных в плане мышления не столько качественно, сколько количественно, а это уже совсем иное представление о человеке.

Уникальное положение человека во всём мире живого — его способность к постепенному накоплению информации, её записи на различного рода носителях и передачи её последующим поколениям. В этом плане человек качественно отличается от любого, даже самого высоко организованного животного, которое, даже будучи способно к «мышлению», не может фиксировать приобретаемую информацию на специальных носителях и таким образом передавать её последующим поколениям. Информация в мире живого, разумеется, может приобретаться самими животными в процессе их собственной жизни и может передаваться их потомкам в процессе своего рода «воспитания», но только непосредственно от живого к живому, без использования для этой цели специальных носителей.

Интересно заметить, что древние цивилизации, не приобретшие способность фиксировать информацию для её передачи последующим поколениям, так и не смогли выйти за очень ограниченные пределы своих практических возможностей, так и не добились существенных успехов в научно-технологическом прогрессе, так и не смогли достичь качественно иного состояния. Совершенно другая картина сложилась у тех цивилизаций, которые приобрели способность фиксировать информацию для её передачи последующим поколениям, благодаря этому с течением времени им оказалось доступно информационное богатство многих поколений — произошло качественное изменение в их состоянии по отношению, как к другим цивилизациям, так и к окружающей среде. Такие цивилизации приобрели неоспоримое преимущество перед своими пусть более многочисленными, но менее способными соседями, а также сумели с большей пользой для себя использовать те возможности, которые предоставляла им окружающая их природа.

Эволюция человека, таким образом, приобрела иное измерение — она вышла из своей привычной биологической колеи и породила параллельную эволюцию человеческих знаний и сопряжённую с ней эволюцию технологий. Благодаря приобретению способности фиксировать информацию для её передачи последующим поколениям, человек окончательно вышел из животного царства и стал, по своему же собственному мнению, «царём природы». Длительные и фиксируемые наблюдения над природными явлениями позволили с большой достоверностью предсказывать важные для повседневной жизни человека события и постепенно позволили развиться описательным естественным наукам, а проведение многочисленных опытов позволило в итоге создать фундамент экспериментальных естественных наук.

Сами науки, будучи в некоторой мере обособлены от социума и частично освобождены от необходимости постоянно соответствовать всем требованиям общества, в том числе и в плане удовлетворения сиюминутных потребностей человека, и получившие благодаря этому возможность более успешно развивать свои теоретические основы, со временем кардинальным образом переменили представление человека об окружающем его мире. В этой связи можно даже говорить о мировоззренческой революции, благодаря развитию науки открывшей человеку мир в его новых ипостасях — как совокупность звёзд и планет, как многообразие сочетаний ограниченного числа атомов в неограниченном количестве различного рода молекул и соответствующих им веществ, как сложнейший функционирующий миллиарды лет механизм биосферы, создавший весь облик и климат планеты, как единый генетический молекулярный механизм, обеспечивающий функционирование любого биологического организма — от простейшей бактерии и до самого человека. Именно в этой мировоззренческой революции и состояла важнейшая роль науки, окончательно выделившей человека из животного царства, давшая ему не только эмпирическую, но и теоретическую основу для его действий, обеспечивающую возможность заранее рассчитать последовательность событий и последующий за ними результат.

Эволюция человека, начавшись в недрах эволюции биологической, подошла к своему логическому завершению и дала начало эволюции технологической, когда смена технологий и технических устройств сама по себе может рассматриваться как эволюция, хотя и эволюция особого рода, хотя и происходящая с помощью человека. Участие человека в технологической эволюции обычно полностью заслоняет тот неоспоримый факт, что в данном случае имеет место не просто создание новых технологий и технических устройств, а именно их эволюция, имеющая свои собственные законы и способная привести к созданию принципиально новых объектов на основе старых, ранее уже созданных человеком. Разумеется, новые технические устройства не создаются (по крайней мере, пока) ранее созданными устройствами сами по себе, как это происходит в процессе биологической эволюции с организмами, но и в этом случае для проектирования и создания, например, новых моделей компьютеров уже необходимо использование старых, предшествующих им моделей, а это совершенно определённо указывает на эволюцию.

Новые технические устройства со временем, вероятно, начнут создаваться вообще без помощи человека — во всяком случае, при его минимальном участии, когда человек выступает в роли своеобразного «заказчика», а всё остальное уже является «делом техники», и это станет возможным благодаря дальнейшему совершенствованию существующих и созданию принципиально новых технологий. Одна из таких возможностей открылась благодаря разработке новейших методов биотехнологии, которые позволили человеку целенаправленным образом изменять генетические программы, определяющие развитие и функционирование биологических организмов.

Собственно говоря, сам биологический организм можно до некоторой степени рассматривать как своего рода машину, хотя и построенную из совершенно непривычных для современных инженеров конструкционных материалов — белков, жиров, углеводов и других подобных веществ, из которых обычные машины в настоящее время не создаются. Однако в этом отношении не должно возникать особой методологической или терминологической проблемы — современные технические устройства столь же непохожи на своих предков и построены из столь же необычных по сравнению с ними материалов, равно как и будущие технические устройства будут мало походить на современные. Значительно важнее то особое обстоятельство, что биологический организм представляет собой машину саморазвивающуюся и самовоспроизводящуюся, а технические устройства (по крайне мере, пока) не обладают ни способностью к самостоятельному развитию, ни способностью к самостоятельному воспроизведению — и для того, и для другого им требуется наличие специальных заводов с конструкторскими бюро и производственными цехами.

Новые методы биотехнологии, которые позволили человеку целенаправленным образом изменять генетические программы, определяющие развитие и функционирование биологических организмов, тем самым открыли перед ним возможность создавать принципиально новые технические устройства, которые, будучи, как и обычные технические устройства спроектированы человеком и созданы для удовлетворения потребностей человека, «изготовлены» из тех же самых веществ, из которых состоят биологические организмы и, более того, функционируют по тем же самым принципам, а также обладают способностями к самостоятельному развитию и самостоятельному воспроизведению. Хотя такие технические устройства и воспринимаются в настоящее время более как биологические организмы (пусть и с приставкой «генетически модифицированные»), чем технические устройства нового поколения, такое их восприятие, по крайней мере, односторонне и не отражает их амбивалентности. Сам методологический подход к таким объектам, воспринимаемым исключительно как биологические организмы, к тому же заложенный в самом применяющимся к ним названии, глубоко ошибочен, что не может не отражаться на отношении к ним и на их практическом применении, а, следовательно, и на различных особенностях развития биотехнологии.

Существенным обстоятельством является то, что «генетически модифицированные» организмы часто представляются как практически полностью идентичные с теми биологическими организмами, которые получены в результате применения традиционных методов селекции и гибридизации, более того, их создание и появление в биосфере не рассматривается как нечто исключительное в эволюции биосферы. Между тем, на самом деле такие организмы представляют собой принципиально новые объекты, хотя многие из них весьма сходны как с природными биологическими организмами, так и с организмами, полученными традиционными методами селекции и гибридизации, а их появление в биосфере означает кардинальный поворот в её эволюции. Создание организмов посредством применения новейших методов биотехнологии не только ломает многие существующие биологические законы, в том числе и барьеры, не позволяющие различным видам обмениваться генетической информацией, но и вообще стирает грань между биологическими организмами и техническими устройствами, делая возможным появление объектов, одновременно обладающих свойствами и биологических организмов, и технических устройств.

Совершенно естественно, что для таких принципиально новых объектов не только допустимо, но и совершенно необходимо создание и использование нового термина — названия, отражающего не какую-либо одну их особенность или одну их ипостась, а выражающую их сущность, их принципиальную новизну в данном случае — их двойственность, амбивалентность, одновременную принадлежность двум сферам — биологической и технологической. В качестве такого названия наиболее оптимально будет использование термина «технобионт» (Technobiont), удачно сочетающего в себе как «техно», так и «био», сразу определяющего амбивалентный характер обозначаемых им объектов, заменяющего одним кратким и ёмким словом целое громоздкое словосочетание из трёх слов — «генетически модифицированный организм», мало удобное для использования и не соответствующее самой сути обозначаемых им объектов.

Уже в самом слове «модификация» заключена мысль о незначительности вносимых в «модифицируемый организм» изменений, пусть даже эти изменения и вносятся на его самом глубинном — генетическом — уровне. Однако, в отличие от традиционных методов селекции и гибридизации, новейшие методы биотехнологии вовсе не связаны с весьма жёсткими ограничениями на изменения в геноме организма, вовсе не связаны с соблюдением биологических законов и сохранением ранее непреодолимых барьеров для переноса генетической информации между различными видами биологических организмов. Новейшие методы биотехнологии позволяют взять необходимую генетическую информацию, например, у Homo sapiens и перенести её в Escherichia coli — ситуация невозможная ни для природы, ни для самых гениальных селекционеров.

Создание принципиально новых объектов посредством новейших методов биотехнологии, а не просто «модификация» существующих биологических организмов — вот та реальная возможность, которая предоставляется благодаря этим методам, и именно эту возможность необходимо реализовать в полной мере. Создаваемые человеком технобионты могут и должны стать реальной альтернативой существующим техническим устройствам, деятельность которых в большинстве случаев оказывает крайне негативное воздействие на функционирование биосферы и на самого человека. Биотехнология, таким образом, может и должна стать реальной альтернативой существующим экологически грязным технологиям, загрязняющих окружающую среду и ведущих человечество к глобальному экологическому кризису. Биологическая эволюция, создав посредством человека новую эволюцию — технологическую эволюцию, и поставив тем самым под угрозу существование всей биосферы, даёт возможность человеку преодолеть эту угрозу, выйти из того глобального тупика, в котором находится вся современная цивилизация, создать гармоничное сочетание природной биосферы и искусственной техносферы — БИОТЕХНОСФЕРУ, в которой будет возможно и продолжение технологического развития, и соблюдение требований экологического императива.

Необходимость соблюдения требований экологического императива закрывает возможность дальнейшего технологического развития человечества в его современной форме, ограничивая человечество как по использованию исчерпаемых природных ресурсов, а именно на таких ресурсах строится современная техногенная цивилизация, так и по техногенным выбросам, не только разрушающим окружающую среду и здоровье самого человека, но и ставящих под угрозу глобальный природный гомеостаз. Биологическая эволюция, создав человека и наделив его способностью к мышлению и накоплению информации, поставила его в исключительное положение по отношению ко всему остальному живому миру, в котором для человека не осталось ни хищников, ни конкурентов — все они были полностью или частично истреблены за прошедшее время, а оставшиеся виды рассматриваются преимущественно как редкие и исчезающие виды, нуждающиеся в охране. Человек действительно стал «царём природы», но царём, не знающим и не понимающим подвластное ему царство, жизнь которого протекает по непонятным ему правилам и законам, что не может не вызывать у такого царя вполне обоснованного беспокойства.

Власть человека над природой ограничена в настоящее время главным образом не его мощью, которой уже вполне достаточно, чтобы быстро и многократно уничтожить всё живое, а незнанием законов природы, непониманием того, к чему приведут те или иные действия человечества, неспособностью человека совладать со своими собственными страхами и желаниями, часто даже полностью не осознаваемыми. Общество, которое уже овладело такими мощными силами, как